Знаешь, сын, квартиру я не отдам, половина молодых семей живут на съемных, и не жалуются

— Мама, ну как ты можешь, это ведь твои внуки, а я твой сын, — удивленно взирал на нее Максим.

— Ну, вот так и могу, — невозмутимо отвечала Мария Константиновна, сама себе удивляясь, сыну она последнее готова была отдать, и внуков обожала, но поступить как он просит не могла ради него же.

Мария Константиновна сына Максимку воспитывала, как ей казалось хорошим, ответственным человеком, они вместе с мужем надеялись, что вырастет сынок опора и подмога в старости. Муж, Слава Богу, не дожил до этого дня, и не видел, как ей было обидно, что не получилось из сына настоящего мужчины.

Максим рос нормальным мальчуганом, ну дрался иногда, но в целом в школе успевал, в институт поступил и даже закончил его. Когда он устроился на хорошую работу, Марина Константиновна вполне оправданно ждала, что все будет хорошо, они заживут душа в душу, но мальчик встретил Юлю.

Они даже не встречались толком, сразу побежали в загс, такая любовь у них была, мама не вмешивалась, знала, что бесполезно. Юля ей не понравилась, но виду она не подавала, раз сын ее выбрал, значит так и надо, значит любит. Почему Юля ей не понравилась, Мария Константиновна не могла объяснить, вроде девочка приличная, покладистая, и что немаловажно, разумная.

После свадьбы встал вопрос с жильем, мама молодым уступила свою квартиру двухкомнатную, а сама переехала в малосемейку, еще от ее тетки ей доставшуюся. Много ли мне места надо, — думала она, — правда район другой, все знакомые, друзья там остались, но это ведь не самое страшное, тем более дети счастливы, судя по скорости похода в загс ребенка ждут, тихо радовалась свекровь.

Молодые между тем обустраивались на новом месте, изредка даже свекровь в гости звали, нормальные отношения были между ними, пока невестка не родила внука, потом ее, как подменили, куда  делась ее покладистость и разумность. Обвиняя мужа в том, что он не помогает ей с ребенком, Юля заставила его уйти с хорошей работы, там видите ли, ненормированный рабочий день. Максим, чтобы избежать скандалов, ушел на работу с нормальным графиком, с существенно меньшей зарплатой, но мир в семье не наступил, теперь денег не хватало, даже квартиру иногда свекровь оплачивала, чтобы долга не было.

Обо всем этом сын рассказывал матери по телефону, Марию Константиновну от дома отлучили, невестка сказала, что бабушка очень балует малыша. Если покачать малыша на ручках полчаса раз в неделю или две, считалось разбаловать, то Мария Константиновна перестала настаивать. Она по-всякому приноравливалась угадать, чтобы малыш не спал, но всегда была не вовремя, судя по недовольному лицу невестки. И перестала навязываться. Надеялась, что внук подрастет, невестка на работу выйдет и, может, понадобится бабушка тогда, но Юля из одного декрета, плавно перешла в другой.

— Ну, что же дети — это всегда счастье, — подумала бабушка, только счастья в глазах сына не прибавилось, наоборот, он пришел к маме, просить оформить квартиру, в которой они жили, на него. Они с Юлей решили расширяться, все-таки двое детей, места больше надо, хотели эту продать, а большей площадью купить. Странно, но Мария Константиновна удивилась, сколько наглости у молодых, в ее время такого не было, они сами десять леть моталась по общагам с ребенком, и ни у кого помощи не просили.

Фото из сети

— Знаешь, сын, мне для тебя и для внуков ничего не жалко, но квартиру я не отдам, вы и так живете на всем готовом, половина молодых семей живут на съемных квартирах и не жалуются. А вы если решили расширяться, то пожалуйста, зарабатывайте сами и покупайте, я причем? Вы даже ремонта за три года не сделали ни разу, у вас всегда денег нет, а по морям разъезжать в кредит, это в удовольствие, одеваться в дорогих магазинах, тоже горазды, так что и квартиру сами покупайте.

Сын, взбешенный ее отказом, убежал, а Мария Константиновна поняла, больше ее не то, что с внуками повидаться не пустят, да даже воды не дадут напиться. Еще хуже было осознавать, что вырастила сына таким несамостоятельным, она считала, — если любишь свою семью, так и старайся для нее, а не у мамы проси.

Все же она надеялась, что все ее догадки насчет невестки беспочвенны, и они будут вместе, даже в двухкомнатной квартире, ну не из-за этого же она замуж вышла все-таки. Внуков было жалко до слез, очень их любила, они теперь бабушку не скоро увидят, и ничего тут не сделаешь, пора уже сыну становиться взрослым, а не надеяться на маму.

 

Знаешь, сын, квартиру я не отдам, половина молодых семей живут на съемных, и не жалуются